Легенда о волновой генетике
В лето 1985-го от Рождества Христова сотрудник Института физико-технических проблем АН СССР Петр Гаряев, как обычно, облучал лазером молекулы наследственности. Пучок света послушно проходил сквозь пробирку с ДНК, и крохотульки-фотоны, ударившись о молекулы, разлетались в разные стороны. Гудящий тугодум-компьютер ловил луч, обрабатывал его информацию и выдавал картинку-спектр. Это и был "портрет" ДНК. Менялись пробирки, менялись спектры на экране. А потом лаборант в запарке включил спектрограф, забыв при этом вставить пробирку. "Ба, -- поразился Гаряев, -- лазерный луч, упершись в пустое место, вел себя так, будто проходил через препарат ДНК. "Сломали! -- завопил его коллега. -- Не пустят нас больше к дорогой технике". (Их и правда некоторое время не подпускали к аппаратуре.) Но не тот был человек Петр Петрович Гаряев -- этот 42-летний "молодой научный сотрудник". Ежу стало бы ясно, что дело здесь нечисто. Ученый ежом не был и сразу предположил, что имеет дело с полями неизвестной еще природы. После серии опытов родились опорные моменты будущей теории волновой генетики.Христианский бонус: Петр Гаряев потратил немало времени, чтобы выяснить, сколько времени живет фантом ДНК. Оказалось, ровно 40 дней. -- Похоже, что за 40 дней фантом не умирает, а покидает прибор или выходит за пределы его разрешающей способности. По моим представлениям, этот фантом вечен, как и душа человека, -- говорил он позже журналистам.
Где хранить ауру генов?
Опыты Гаряева подсказали, как именно можно засадить фотоны, которые "запомнили" генетическую информацию, в зеркала лазера. А если информацию можно считывать, хранить, то можно и... Правильно -- облучать ею что-нибудь живое и страждущее. Совершенно логично, что Петру Петровичу Гаряеву пришла в голову мысль приспособить открытие для сугубо практических целей. Например, чтобы считывать информацию с организма здорового человека и передавать ее недужному. Или научиться заряжать здоровой информацией обычные компьютеры. Работая за такой техникой, оператор, вместо того чтобы слепнуть и болеть, становился бы все мощнее.Христианский бонус: похоже на истории из святоотеческой литературы о лечении наложением рук? Петр Гаряев только подливает масла в огонь: "Да, наука сегодня подтверждает религиозный опыт, когда намоленные предметы работают не хуже нашего лазера. Почему, например, горящие свечи и чтение молитв так благотворно действуют на прихожан христианских храмов?"
Диабет не побежден
Для разгона команда ученого занялась диабетом. И у людей, и у зверей инсулин вырабатывают так называемые бета-клетки поджелудочной железы. У подопытных животных эти клетки убивают с помощью различных препаратов. Гаряев вводил крысам аллоксан. В организме грызунов, лишившихся инсулина, начинался бурный рост сахара в крови, и через неделю их ждала смерть. Но в последний момент лаборанты выдерживали в луче лазера поджелудочную железу, вырезанную у здорового крысенка. А затем "заряженным" лучом облучали больных крыс. "После минутного сеанса введения волновой информации, считанной с нормальных донорных бета-клеток, в течение недели крысы полностью выздоровели", -- писал Гаряев.Ищите девственницу
Не получилось с диабетом -- ученые взялись за теорию телегонии. Ее суть в том, что женщины могут родить ребенка от одного мужчины, а похоже дитя будет на предыдущего любовника. Ведь сперма мужчины несет ДНК. А ДНК, как мы помним, содержит липучие и живучие информационные волны. Гаряев утверждает, что они намертво впечатываются в генотип женщины. Особенно это касается первого мужчины. Лишая девушку невинности, он оставляет собственную печать на всем ее геноме. И -- о, ужас -- эта волновая программа когда-нибудь сформирует тела эмбрионов, биологически не имеющих к данному мужчине никакого отношения. Гаряев допускает даже рождение негритеночка от белого папы -- если, конечно, мама до замужества "дружила" с негром. Мужчине остается только, как булгаковскому Шарику, загадочно вздыхать: дескать, не обошлось тут без водолаза... Железная мужская логика: кто первым встал, того и тапки. В смысле -- тот и папаша. К счастью, считается, что эффект срабатывает лишь тогда, если мужчина, лишивший женщину девственности, был настоящим "супербизоном". Но если кто-то из последующих любовников окажется еще более матерым самцом, то его наследственность "перешибает" все предыдущее. Для белых мужчин это приговор -- ведь, по теории волновой генетики, они уступают желтым и черным мужчинам.Христианский бонус: даже и пересказывать не надо, как понравилась эта информация противникам половой жизни до брака.
Проклятье мертвого эмбриона
Осудив добрачные связи, волновая генетика добралась до абортов. Вердикт -- убийство. И не простое, а с отягчающими последствиями. Когда вакуумный насос разрывает тело ребенка, в матке образуется его фантом. Биологическая активность его так велика, что он повреждает генетический аппарат не только этой женщины, но и всех ее последующих любовников. Потомки убийцы будут тяжело болеть, спиваться, сходить с ума, т. е. "вырождаться".Христианский бонус: детей должно быть столько, сколько получится.
Следи за базаром!
"Мы пришли к выводу, -- говорит Петр Гаряев, -- что реальное слово влияет на ДНК. Волновые "уши" ДНК специально приспособлены к восприятию речевых колебаний... Одни сообщения оздоравливают ее, другие -- травмируют. Например, проклятие разрушает программы, которые обеспечивают нормальную работу организма". Причем ДНК не разбирает, общаетесь вы с живым человеком или слушаете группу "Ленинград". Команда поддержки Гаряева проводила даже специальные опыты. Вы тоже можете их повторить: сперва нужно грязно обругать семена пшеницы, а затем высадить. Охаянные семена в отместку должны потерять всхожесть. Ну, в крайнем случае, вырасти в чахлое и хилое растеньице.Христианский бонус: "Молитва пробуждает резервные возможности генетического аппарата, -- разъяснил Петр Гаряев. -- Дело в том, что слова молитвы, которые наши благочестивые предки ежедневно подтверждали, постепенно встраивались в волновой геном каждого человека и генофонд всего народа. Эти слова автоматически передавались из поколения в поколение как наследственные программы".
Нас погубят полчища мутантов
"Допустим, мы ввели особый трансген в картофель, -- комментирует работу генных инженеров Петр Гаряев, -- у картофеля появился фермент, который разрушает хитиновый панцирь колорадского жука. Хорошо? Не очень. Оказывается, новое трансгенное растение губит не только злодея-жука, но и милых нам пчел, бабочек, полезных червей и микроорганизмы. И таких примеров уже тысячи. Стада и поля уродов, полчища опасных микробов и вирусов -- вот результат такой "инженерии", торопливо желающей одного -- денег, денег и еще раз денег!" Гаряев не такой. Хотя, казалось бы, у него возможностей навредить будет поболе. Можно облучать весь мир информацией болезней. Можно накладывать проклятья направо и налево -- насколько хватит злодейства. "Мы тоже далеко не все знаем о волновых генах, -- отвечает ученый, -- так давайте вместе разбираться, что к чему. Постараемся не допустить человеконенавистническое применение волновой генетики". Видимо, специально для того чтобы не допустить этого безобразия, Гаряев рассказывает, как они с помощью лазера считывали наследственную информацию с цыпленка и внедряли ее в картофель. В результате на прямом длинном корне висели попарно мохнатые картофелины...Ада АВЕРЕВА