Контакт

Ирина Сидоренко

Моей матушке Екатерине Ильиничне

Чёрное море Пицундой увенчано,
В Третьем Ущелье живут "дикари".
Всё здесь навек благодатью отмечено.
Волны любви от зари до зари.

И песни студентов тают в дымке:
– О Матери Божья, помоги мне!

Ходит легенда здесь: зона запретная
Мысом утягивает горизонт.
Есть к ней горами тропинка заветная,
Кто не сорвётся с неё, тот пройдёт.

Можно, конечно, попробовать берегом –
Прыгая всласть с валуна на валун.
Камни – под скользкою тиной, и пеленгом,
Не засечёшь, где утащит шалун.

Выбрана мною дорога короткая –
По морю вплавь, влево наискосок.
Выбрано – сделано, девочка гадкая
Тайно от всех оттолкнула песок

И поплыла через волны зелёные.
Благо, что нет здесь нелепых буйков.
Люди и горы смешны, отдалённые.
В море теченьем относит. Годков

Ей уж немало – четырнадцать стукнуло.
Возраст ещё пионерский, и всё ж…
Сердце моё от усталости ухнуло,
Руки ослабли. Вода словно дождь –

Тело не держит. Распластанной звёздочкой
Я приготовилась к смерти, вот-вот –
Сил нет бояться – спасительной лодочкой
Рот мой открыт… Но водою зальёт.

*
И в миг неминуемой погибели:
– О Матери Божья, помоги мне!

(Шок – голос мой это был, только связки
Были спокойны, безмолвны – уста!
Голос был мой, но какой-то прекрасный –
Чистый полёт, но откуда? куда?)

В ту же секунду – опорою камень
Стал ощутим под ногой. Вот так да!
Первая мысль в голове (что годами
В школьной промывке вбивалась тогда):

"Можно и в Бога поверить так…". Силы,
Стоя на камне набравшись сполна
Ринулась в плаванье. Видно, могилой
Море не будет уж мне никогда!

*
Сквозь песок золотой я смотрю на сады
В тонком мареве знойного дня.
Нет, не стоят они испытаний. Труды
Возвращения гонят меня.

Как вернуться? Горами? Опасен удел
Тех, кто с роду в горах и не жил.
Морем? – О, никогда! Мне известен предел
Моих юных, неразвитых сил.

Валуны, валуны, валуны… Без конца
Пролегла в скользкой тине стезя.
…На песчаном откосе – тропинка. Живца
Заглотнула надежда: нельзя

Не пройти там, где кто-то уже протоптал…
Лентой вьётся, сужаясь, наверх
Тропка, ỳже и ỳже и… вот он – обвал…
Вниз, на камни, направленный бег

Той лавины песка, на которой держусь…
Ни зацепочки… ни корешка…
Вот на скорость падения выход… Сорвусь
С высоты… Видно, смерть так легка

На подъём. Виновата ли я, что люблю
Рисковать? Виновата во всём…
Так расслабься и, смерть принимая свою,
Будь спокойна – уход невесом.

И в миг неминуемой погибели:
– О Матери Божья, помоги мне!

(Тот же голос, молчание связок и губ,
Но уже удивления нет.
Даже, кажется будто, пусть разум мой груб,
Но раскроет вот-вот он секрет

Этих звуков…) И в ту же секунду – в песке
Вдруг – травинка с мизинец! И я
За листок её враз уцепилась, в тоске
По непрóжитой жизни моля.

И листок удержал. И листок меня спас.
Где сейчас он? Истлел уж давно.
И в песчаную толщу руками вонзясь,
Поднимаюсь к тропинке родной.

Всё… Спустилась к камням. А они уже ждут –
Горячи на верху, а в воде –
Слизь и мрак. Только выбора нет. Мой маршрут –
Лишь скакать по кремнистой гряде.

Неудачный прыжок и – скользнула меж скал,
В щель, встревожив подводных рачков.
Будто чьи-то клыки сжали... Мысли кристалл
Засиял вдруг огранкою слов.

Во мне утвердилась вера гимном:
– О Матери Божья, помоги мне!

*
Память-дешёвка – не помню, чем кончилась
Эта история. К вечеру я
Всё ж добралась. Мама только встревожилась:
– Что-то тебя долго не было?
– Зря
Ты не волнуйся – гуляла по бережку,
Камушки там собирала весь день.

*
Годы забвенья… Уставшему вереску
Снится в лучах милосердная тень.

Только болят иногда переломами
Кисть и стопа – позже я невзначай
Их надломила (они-то ведь тронули
Камень с листком) – это тела печаль

О совершённом чудесном спасении.
Матерь ли Божия это была?
Инопланетное чьё-то вторжение?
Случай? Причуда? Но я ведь жива…

Тот голос вдохновенный верни мне,
О Матери Божья, помоги мне!