ПАМЯТИ АРХИЕРЕЯ АВГУСТИНА

Николай Беляев

ПАМЯТИ АРХИЕРЕЯ АВГУСТИНА
(Александра Александровича Беляева)

1

Монашеское имя - Августин.
Он братом деда был, архиепископ,
Духовной академии Казанской
воспитанник,
расстрелянный в Калуге
решеньем "тройки"…
(Я - едва родился,
два месяца мне было в этот день.)

Отец мой верил в планы ГОЭЛРО,
стал грамотным, хорошим инженером.
Он, если что-то знал - молчал об этом.
Но брат его, простой учитель сельский,
державший в памяти всё наше родословье,
в прощальных письмах - вспомнил Августина
и добрым словом "дядю Сашу" помянул.

В двухтысячном году Собор церковный
прославил мученика веры.
Справедливость
так поздно, век спустя не торжествует -
полна глухой непробиваемой печали.
(Ведь все свидетели давным-давно ушли,
и не найти безвестную могилу.)

Боюсь, что поздно. Нужною молитвой
святого мученика я не тщусь тревожить,
но кажется, что этот выстрел подлый
меня сквозь время - всё-таки настиг.

И я отныне вижу - как идёт
он в облаченье, с посохом владыки,
и с панагией на груди - шагает
под свист и улюлюканье мальчишек,
и твёрд и прям, ни лагерем, ни ссылкой
несломленный - к ещё живому храму
великомученика и Победоносца
Георгия, где служит, прославляя
за всех нас, грешников, распятого Христа.

2

Он думал о загадке бытия -
о духе, о материи и вере.
В набитой камере,
среди жулья, ворья,
среди невинных и офицерья,
жалея всех...
И понимая - к высшей мере
приговорят, как здесь заведено,
когда навесили нешуточное дело -
"организацию"...
Но вера - всё одно -
с молитвой только крепла, не слабела.

И следователь, взгляд спокойный встретив,
никак не мог найти, усвоить нужный тон...

Но приговор подписан.
На рассвете
он будет в исполненье приведён.
И можно будет доложить в столицу
о ликвидации серьёзного гнезда...

Какой туман над городом клубится!
Какая сквозь него
с трудом пытается пробиться
лучом последним
чистая звезда!

3

Гори, свеча, в помин души ушедшей,
с которой я не повидался на земле.
Гори во дни эпохи сумасшедшей,
способной всех спалить в одном котле.

Гори святым огнём, живое пламя,
слезами воска душу ту оплачь.
На Высший Суд – уже не перед нами –
давно предстали жертва и палач.

Гори, свеча, и в память, и во славу
несломленных ни пыткой, ни трудом.
Горит свеча – ты видишь, Боже правый! –
как светлый храм на берегу крутом…

Его сиянье видно издалёка,
его не выморозить, не изморосить.
Гори свеча, – светло и одиноко,
твой свет никто не в силах погасить.

Стихотворение взято с сайта журнала "Фома"