Наивность молодости — горесть по ушедшим, Где над душой преобладает прах... (Летопись моих минувших лет) Они ведь живы, грусть по ним напрасна, И можно даже шляпы не снимать, А верить в прах и пустоту опасно, Когда потом придется воскресать. Я это знаю, я тому свидетель: Усопший друг мой приходил ко мне И на вопрос о смерти мне ответил В том, как речётся, явно «тонком сне». Он появлялся всякий раз в успенье Особо близких для души людей И молча предстоял мне в озареньи Горящих пред иконами свечей. А нынче вдруг отчетливо ответил На мой немой о бытии вопрос, И образ был его до боли светел, Как будто сотканный из сонма сонмищ звёзд: «Мой друг! Ты не скорби печалясь В пылу пустых житейских тревог, Душой по заблуждениям слоняясь Туманных человеческих дорог. Не предавайся пагубным порокам, Себе внушая, что живешь лишь раз, Чтобы потом, у вечного Истока, Не «гнить» от жажды всяк условный час. Здесь есть Закон непостижимой силы, Где места нет придуманной «судьбе», Где от рожденья до глухой могилы Тебе дано узнать всё о себе. И ты познаешь глубину паденья, И ты постигнешь торжество добра, Ибо грядет великое мгновенье, Когда себя судить придет пора. Се Страшный Суд — никто здесь не поможет, Ни друг, ни брат, ни даже ангел твой, И Сам Господь тебя не потревожит, Когда увидишь Правду пред собой. И лишь живущих на Земле моленье В такой суровый Предстоянья час Дарует всем ушедшим послабленье Когда лишь Божья Правда судит нас... Так не смотри, мой друг, с пустой печалью На черепа, на трупы мертвецов, Ты помни — это только «привокзалье» Идущих в бесконечность «поездов». Нелепой грустью тщетно не томись — О всех усопших всей душой молись Во всю твою земную жизнь...» |