Одинокая - светит, сгорая как слеза в мировой пустоте. Обитатели горнего рая не заметят ее в суете. Знаю, люди смешны посвященным, и убог обиход их лачуг. Пахнет дымом, любовью и домом; всходят хлебы, и зреет сычуг. :И звезда шелестит голубая надо мной в ледяной темноте : Обитатели горнего рая так неправы в своей правоте. Белый храм, золотое сеченье; в отдаленьи десяток домов. На холмах облаков отраженья, В облаках - силуэты холмов. Столько пыли на мраморных вишнях, что стирать и не стоит труда. Столько слов, неожиданно-личных, нашептали в окно провода! наплели: светлый день в объективе, черноморский латунный сифон: восемь тысяч км. в перспективе, переложенной на ксилофон. Арифмометром "Феликс Дзержинский" крутанув, как обоймой - наган, - жизнь идет, как состав пассажирский, увозя свой вагон-ресторан. |