(сыну Мише) Ты все-таки меня остановил – ребенок из вселенской доброты. Мой Михаил, Господь Иммануил – в тебе, малыш, но Он еще не ты. Мы здесь с тобой – среди таких, как мы – обыкновенных и почти живых почти людей – блуждаем в лоне тьмы. Но разве кто-нибудь из нас привык по язве скальпелем очерчивать маршрут? Ты просто глянь на эту кутерьму – и отвернись. К чему нам эта жуть? Ведь, может быть, что только потому, что мы с тобой вдруг вспомнили себя – у нас есть шанс – чуть видимый впотьмах – влюбиться в землю, чтоб жила Земля. Прости меня, малыш – я древний маг, который много тысяч лет назад участвовал в постройке пирамид. Так был отринут нами Райский Сад, так был исчерпан наш с тобой лимит, так мы с тобой, любимое дитя, вскарабкались на каменный утёс и кинулись, обнявшись и шутя, чтоб там – на дне – нам встретился Христос. |