(Евангелие от Владимира. Явления и толкователи) *** Пришел он, и сказал им Слово. И слушали его. Но не услышали? А после кто безмозгло, кто толково, Мешали мысли… *** Он знал про всё, что с нами будет И был смущен и растревожен. Один Господь и люди, люди… А тело смертное бьёт дрожью. *** Плеть палача хозяйкою над плотью, Лишая человеческого. Гложет Тоска о том, куда вы все идете, На что всё это, страшное, похоже. Душа легка. Её иные муки Лишают безграничного полета, А с телом отвратительные штуки Вершит палач до ярости и пота. Не выдержать! Слабеющее тело Смиряется, ломается, трепещет. Прости Отец, что жил так неумело! Язык мой на меня опять клевещет. Как тяжек путь рожденных в этом мире: Запрятано великое в понятном. Распахнуты глаза. Куда уж шире! Но истина, как солнечные пятна. Так дети, покоряемые блеском, Всем ярким и немыслимо огромным, Закованы в наивном мире детском И вырваться на волю не способны. Мои вы дети! Как же вразумитесь? Как звери, пожираемые злобой! Пускай душою к светлому стремитесь, Но светлое воспринять не способны. Я жил как мог и сделал то, что вышло – Засеял души верой и делами. Хотел поднять быстрее вас и выше, Но грешен мир... Я грешен вместе с вами: Гордыня неземного превосходства, Бессмертие, дарованное… Отче! Не падал я до низости и скотства, Но тело и не может, что захочет. *** Неистовство плетей калечит тело. Неясность мыслей, судороги духа… Какой там подвиг? Где оно тут, дело? Всё сбудется как будто бы по слухам. Желания в видении заката Лишаются отчетливой основы… И было ли хоть что-нибудь когда-то, До первого родившегося Слова? Спасибо, Жизнь! Подыскивай удачу Достойную и времени и места. Глаза мои не видят и не плачут, А жалость и сладка и неуместна. Попутчики обласкивают тело, Которое уже не оболочка… Уставясь на распятье обалдело Вздыхает римский стражник: «Ну, и ночка!» июнь-октябрь 2004 г. |