Лишь бешеная скорость пустоты вращается на подступах к мечте, и все печати – до одной – сняты, и ты не веришь в то, что это ты, и отражаешься в своем мече – в зеркальном острие в твоей руке. Вот и случилось – всё подчинено, и ты плывешь, как лодка, по реке, и исчезаешь где-то вдалеке – в воде, переродившейся в вино. Ты тем и жив, что попираешь зло внутри себя, и собственную речь однажды вспомнишь, если повезло и на воду летит крылом весло, и невозможно больше уберечь порочный шорох скомканных ночей, изнеженных на свежих простынях, и ты опять становишься ничей, и тихий свет оплавленных свечей играет отзвуком в твоих тенях. |