Если когда-нибудь дети придут за водой и закричат, как ошпаренные кипятком – жизнь обернется долгой и горькой бедой – чашей Грааля с отравленным ободком. Долго ли будет такая вокруг зима? Кто ж его знает. Жалко, конечно, детей – ведь, положа руку на сердце, до ума не доживает почти никто из людей. Мы залипаем где-то у облаков, если проходим сквозь остальные миры – от измерения свалок, ларьков, лотков до понимания, что нужны комары. Так безразлично от этого на душе – хоть в полнолуние оборотнем к звезде. Так безразлично, что не понять уже. …и неприкаянно – дома, внутри, везде. Так и оставим прошлое в закромах – наглухо замурованным под плитой белого камня, как в профиль застывший маг, как перелетная птица над черной водой прошлого, позапрошлого, навсегда вышедшего из горницы за порог. Так и пройдут – понедельник, вторник, среда, жизнь разрезая, как американский пирог. Длинно и мутно от этого впереди. Длинно и мутно – будто кругом, на всех бьется одно сердечко в одной груди, и не услышать, и не почувствовать… эх… Только бы шепотом долепетать до небес, чтобы узнал о моём задушевном Бог. …Господи, видишь, как бьется о лёд твой бес?.. как нелегко иногда в нашем мире?.. ох… |