Христианская проза
Христианская поэзия
Путевые заметки, очерки
Публицистика, разное
Поиск
Христианская поэзия
Христианская проза
Веб - строительство
Графика и дизайн
Музыка
Иконопись
Живопись
Переводы
Фотография
Мой путь к Богу
Обзоры авторов
Поиск автора
Поэзия (классика)
Конкурсы
Литература
Живопись
Киноискусство
Статьи пользователей
Православие
Компьютеры и техника
Загадочное и тайны
Юмор
Интересное и полезное
Искусство и религия
Поиск
Галерея живописи
Иконопись
Живопись
Фотография
Православный телеканал 'Союз'
Путь к Богу
Максим Трошин. Песни.
Светлана Копылова. Песни.
Евгения Смольянинова. Песни.
Иеромонах РОМАН. Песни.
Жанна Бичевская. Песни.
Ирина Скорик. Песни.
Православные мужские хоры
Татьяна Петрова. Песни.
Олег Погудин. Песни.
Ансамбль "Сыновья России". Песни.
Игорь Тальков. Песни.
Андрей Байкалец. Песни.
О докторе Лизе
Интернет
Нужды
Предложения
Работа
О Причале
Вопросы психологу
Христианcкое творчество
Все о системе NetCat
Обсуждение статей и программ
Полезные программы
Забавные программки
Поиск файла
О проекте
Рассылки и баннеры
Вопросы и ответы
Наши друзья
 
 Домой  Статьи / Был первый день войны... Войти на сайт / Регистрация  Карта сайта     Language Первый день войныПо-русскиПервый день войны Первый день войныПо-английскиПервый день войны
Первый день войны
Первый день войны
Литература
Живопись
Киноискусство
Статьи пользователей
Православие
Компьютеры и техника
Загадочное и тайны
Юмор
Интересное и полезное
Искусство и религия
Поиск

Помогите построить храм!
Интересно:
Google
Web www.priestt.com
Рекомендуем посетить:

 
Первый день войны
Был первый день войны...
( Алексей Мочалов )

Первый день войны 18 апреля 1941 года меня призвали в армию. Был зачислен в артиллерию. Затем меня вместе с другими призывниками отправили эшелоном до Троицка, что недалеко от Челябинска. Потом приблизительно через месяц нас отправили дальше в Латвию, затем в Литву. В 20 км от города Шауляй мы высадились и расположились в лесу в палатках в 80 км от границы Германии. Везде чувствовалась напряжённая атмосфера. Политруки говорили, что Германия строит дороги: подводит к нашим границам, и сосредотачивает войска.

*******
Наш взвод отправили в сторону границы. В 40 км от неё мы окопались, сделали на опушке леса три наката землянки, установили пушки. Провели небольшое учение. Меня выставили охранять батарею.
22 июня с утра мы услышали взрывы на море, а потом увидели самолёты. Поняли, что это «не наши». К обеду политрук сообщил, что Германия начала войну с СССР, и уже бомбили Минск.

*******
Нужно было узнать, как отличать наши танки от немецких и для этого меня отправили в штаб. Везде, где я проходил, нужно было говорить пароль «Ленинград». Добравшись, я получил информацию от начальника штаба, что наши танки пойдут с отрытыми башнями, а немецкие с закрытыми.
23-го июня пошли немецкие танки. Был сильный огонь. Наша батарея подбила 13 танков. Чтобы защититься от пуль я спрятался за две сросшиеся лесины.

*******
У нас были солдаты-узбеки. Если одного солдата убивали, то они все вместе собирались, молились Аллаху и оплакивали убитого. Немцы же в это время стреляли и старались попасть из орудий прямо в эту молящуюся группу. У немцев была, как мы её называли, «колбаса». Это такая высокая вышка с корзиной, в которой поднимался на короткое время наблюдатель, чтобы сверху определить, куда лучше вести огонь.

*******
Нас начали окружать. Мы остались в так называемой «подкове». Началось хаотичное отступление. Становилось всё хуже и хуже. Мы были очень голодные, потому что кормили скудно, давали два сухаря и селёдку. Говорили, что, если ранят в живот, лучше быть голодным, чтобы не было большого вреда. «Исарги», так звали литовцев воевавших на стороне фашистов, смертельно ранили нашего командира взвода сержанта Владимира Белоусова с Казани. Стрельнули откуда-то с лесины… ещё в финскую научились. Мы его очень все любили.

*******
Прошли пешком всю Латвию. Дошли до Елгавы. Там со всех частей собрались наши. Была страшная сумятица. Решили прорываться в город. Со всех сторон стрельба. Стали разбегаться кто куда… Я с товарищем прятался за танками, потому что латыши стреляли с крыш, и подвалов. Вот откуда-то из подвала в меня и стрельнули. Только вскрикнул: "Ой! Меня в ногу ранило!" Слышу, в сапоге что-то чавкает. Пуля прошла через ногу и пробила кость. А моему товарищу ранило сразу две ноги в икры. С нами рядом ещё гражданские парень с девушкой были. Но в этой сумятице потом все разбежались кто куда, я остался один, а товарища потерял. Затем очень долго полз до леса. Там кое-как на коленках спустился в канаву и, набрав воду в каску, долго-долго пил. Так пить захотелось! Долго лежал. Потом снял аккуратно сапог и перебинтовал ногу, боялся, что переломится. Солнце уже зашло и я уснул.

*******
Утром меня разбудили. Это были наши ребята: пять рядовых и сержант. Они сделали мне костыль и взяли с собой. Пока шли, я видел, что все наши аэродромы были сожжены, все самолеты сгорели.
Пока меня тащили, ребята очень устали. Сказали, что оставят меня пока в лесу, а потом вернутся и заберут. Ждать их было очень непросто. Повсюду стрельба. И снова очень захотелось пить. Стал копать землю. Думал, хоть немного воды найти, но не нашёл. Потом очень долго полз, хотел выбраться из леса, но в итоге приполз на то же самое место…

*******

Меня подобрали двое русских солдат раненых. Они показали дом одного деда латыша, у которого прятались, а сами ушли в лес. Когда доковылял на костыле до этого дома, из него вышла старушка и девушка. Они дали мне покушать мяса с чёрным хлебом и напоили молоком. Хозяин дед литовец оказался ветераном ещё первой мировой. Когда узнал, что я из Читы, сильно обрадовался и рассказал о том, что сам в Москве лежал раненый в госпитале. Там одна старушка давала каждому солдату по 10 царских копеек. Это была приличная сумма для того времени, и он это хорошо запомнил. Дед сказал, что будет меня кормить.

*******
Вечером приходили врачи латыши, осмотрели мне ногу, перебинтовали и ушли. Через несколько дней дед сказал, что немцы приказали выдать всех раненных русских, а иначе дадут 10 лет заключения, и поэтому он вынужден меня отвезти к немцам. А немцы в это время уже были везде… Дед довёз меня на повозке до блокпоста, оставил там и уехал. На посту было много наших раненых. Потом меня и ещё одного калмыка раненного латыши заперли в сарай под замок. Вечером одна латышка принесла нам покушать брынзу…

*******
На следующий день меня с калмыком повезли на повозке в поликлинику, сами идти не могли. Остальные все шли пешком. В поликлинике один толстый жандарм затащил меня на себе на четвёртый этаж. Потом смеялся с ребятами, что хоть на жандарме покататься удалось. Врачи, осмотрев ногу, отправили меня в 3-ю городскую «еврейскую» больницу в Ригу. Её так называли, потому что все врачи там были евреи, и только одна бабушка русская. А латыши евреев не любили…
В больнице нас с калмыком помыли и положили вместе рядом. Мы лежали на нижнем этаже. Смотрю, окошко открытое, и думаю, сейчас бы убежал, но…

*******
У меня были с собой 300 рублей. Где рубль-два в санчасть дашь, принесут хлеба, масла, калачиков. Кормили ничего вроде так, хотя нам уж не до этого было. Хирург-еврей осмотрев мою ногу, как вывернул ее. И выправил! Наложил шину, туго забинтовал. Нога оказалась ещё к тому же и свернута набок. Боль была очень сильная. Потом долго никуда не ходил, даже в туалет только на утку. Так с 4 по 28 июля пролежал я в больнице вместе с ещё двадцатью наших ребят раненых. Врач еврей говорил: «Ты что, притворяешься что ли? Ходить же ведь надо!» Но я не мог ходить, хотя рана уже затянулась, но нога очень болела.

*******
Из больницы нас всех погрузили на тракторную повозку и повезли в лагерь. Приехали, смотрим - везде охрана. В лагере положили нас в больничный барак. Был там майор пограничник Дудин, в руку раненный. Он меня полюбил за то, что я сибиряк. Наши офицеры носили ему хороший густой гречневый суп и он мне его оставлял. Ведь голод же был… Потом нас положили в барак для выздоравливающих, но ходить я еще три месяца не мог, только кое-как с костылем. Повара тоже сочувствовали мне, оставляли остатки, вьюшку жиденькую со дна…

*******
Одного парня русского наказали за побег и заставили копать помойную яму возле кухни. Его ничем не кормили и садили под железную бочку, в которой дышать было очень трудно. Он меня просил: "Хромой, дай хоть водички, а то я три дня голодный. Меня не кормят, да еще под бочку садят, издеваются". Вот я и кормил его и поил понемногу. Говорит мне потом: "Ну, хромой, я тебя не забуду!" Через несколько дней его освободили от наказания. Хороший мужик был! Привязался ко мне. Рябоватый такой, после оспы, Василий Яклемин с Белецкого района Калининской области. Мы с ним потом расстались в Германии… Когда Василий уходил на работу, я караулил его вещи. Мы были с ним на средних нарах. Вши на нас падали. Чтобы вшей было меньше, вещи прожаривали на огне.
В большом лагере для военнопленных около парка Горького в Риге нас были миллионы.

*******
Как-то одна старуха бросила нам белый мешочек с сухарями, но охранник заметил. Подумал, что мы побег замыслили. Но куда тут убежишь? Ведь кто попадался, над ним потом так издевались! Зимой ещё и тиф головной появился, вши принесли. Я долго терпел, но потом заболел. Лечили нас наши же врачи пленные, ставили уколы. Вася приносил мне еды, но я не мог съесть и пайки хлеба из-за температуры. Четыре пайки отложил, думал, потом съем, но их украли. От слабости качался на ходу…

*******
Появилась дизентерия. Если при головном тифе в сутки умирало по 30 человек, то при дизентерии люди умирали по 300 человек за сутки. От человека оставались одни кости! Часто пойдёт кто-нибудь в туалет и умрёт прямо там… Умерших увозили на повозках и скидывали в траншеи по две тысячи за раз! Думали, что всех нас свозят в эти траншеи…

*******
Были и случаи людоедства в лагере, когда крымские татары военнопленные ели своих же. Если попадал какой более менее упитанный новичок в лагерь, то его ночью умерщвляли, а потом все вместе съедали. Когда немцы об этом узнали, то всех их за это расстреляли…

*******
Был 1942 год. Нас согнали, промыли, прожарили всех вшей и повезли эшелоном в Германию. Хотели мы с Васькой убежать, но не успели. Ехали в вагоне: под еду параша маленькая, а под туалет – большая. Так и оказались в Германии. Немцы плевали на нас, а мы грязные, замученные. Привезли в большой распределительный лагерь, сняли отпечатки пальцев. Мне присвоили лагерный номер 126408. Не забуду его никогда!

*******
Взяли меня на работу менять шпалы. Работа была очень тяжелая, и мы всегда были очень голодные, работали же целый день. Кормили картошкой, но очень мало. Вот я с одним мордвином Иваном Бодриным стал есть картофельные очистки. Ребята нас предупреждали, что желудок может заболеть. Я поел раза два-три и перестал, а Ваня всё ходил и ел, и потом из-за этого он попал в больницу.

*******
Мастер немец-железнодорожник, крупный, весь седой, лет семидесяти, всё кричал на меня: «Работай! Работай!» В начале он был более-менее нормальным, но потом у него погибли два брата под Сталинградом в 43-м и он стал над нами издеваться. Поработает немного и обязательно кому-нибудь нос разобьёт. Имя его было Кор, а мы звали его Глот. Мы работаем-работаем, а он звонит коменданту лагеря и говорит: «Русские сегодня плохо работали». Потом нам устраивают два часа спорта: ложись-вставай. Нужно было быстро встать, а потом лечь и т.д. Тут же оружие на боевом взводе держат. Кто не успевал, того били палкой. Также делали так называемые «ворота», через которые нужно было пробегать, и каждого били палками.

*******
23 августа 1943 приехала к нам в лагерь комиссия. Стали смотреть, как нас содержат. А у меня нога так всё время и болела после ранения. Да ещё и немец наш постоянно издевался над нами. Один раз он палкой от метлы поломал мне рёбра. Я слышал, что на шахте была работа лучше, и решил пожаловаться на здоровье…

*******
Около 300 военнопленных из разных лагерей посадили на эшелон и привезли в шахту Шольвен Рурской области в городе Эсн. Привозили туда всяких больных и покалеченных. Нас выстроили и стали спрашивать, кто какую специальность имеет. Я сказал, что по специальности я слесарь и могу чинить моторы - так меня ребята научили. Сказал бы, что шофёр, могли бы и в саму шахту вниз отправить. А так я стал вагонетки на поверхности ремонтировать.

*******
Уже был 1945. Американцы совсем недалеко от нас были, а советские войска уже окружали Берлин. Немцы знали, что скоро придут русские и вели себя осторожно. Когда американцы разбомбили шахту, от взрыва образовалась огромная воронка и нас стали заставлять её закапывать. Но мы уже не хотели работать, потому что знали - скоро войне конец. И когда мастер-поляк стал меня заставлять работать, я его обругал. В ответ он вызвал старшего мастера и тот несколько раз ударил меня черенком от кайлы. Потом меня посадили в подвал и три дня ничем не кормили. Помещение подвала было таким узким, что даже сесть невозможно было, а только стоять…

*******
В лагере сделали подвал-бомбоубежище. Когда начинала звучать сирена, свет выключали… И вот нас бомбят, воет сирена…

*******
Мы с другом Мишей Данильченко, украинцем, меняли табак и мыло, которое нам выдавали, у стариков-немцев на баланду. И вот, как-то раз, мы едим с Мишей на кухне эту баланду, и в это время наш полицай Сенька забегает с резиновой дубинкой и начинает нас бить. А у нас кости одни были… Избил очень сильно. Миша куда-то девался, а я кое-как вышел на улицу, посмотрел на небо и говорю: «Иисус!!! Спаси меня Господи! Ангелы небесные! » И откуда у меня взялось это? Сроду я этого не знал…

*******
Прошло немного времени и этот Сенька, который избивал нас, напился спирта вместе с москвичами Петькой Тистановым и старшим комендантом Лёшей, и ещё другим Петькой полицаем. Тистанов среди них был один невредный, вот он и остался живым, а все остальные отравились спиртом и умерли. Все они были толстые, потому что ничего не делали, а только ели и порядки наводили - били нас.

*******
Прошло ещё время. Числа 25-28 марта 1945 года немцы и полицаи выстроили весь лагерь, около 1000 человек и повели в шахту. Видимо хотели всех спустить туда и умертвить. Но что-то у них поменялось, и они погнали всех на север. Гнали день и ночь. Со всех сторон стрельба: с одной стороны американцы стреляют, с другой наши. Я уже не мог идти и шёл сзади, думал, если будут расстреливать, то упаду и притворюсь мёртвым. Пригнали к какой-то тюрьме и дали поесть очень жидкой баланды, в которой плавали 3-4 зерна. Потом загнали в большой каменный сарай принадлежащий одному богатому человеку. А там скот, свиньи, солома. И мы очень уставшие все легли и уснули. Утром просыпаемся – никого нет. Охраны нет. Винтовки все сломаны. Видно переоделись у этого богатого и форму тут же всю побросали. Наши ребята все разбрелись, кто куда, искать еду. А я в это время сильно заболел, лежал в соломе и мне не до того было. Когда мы отдыхали в дороге, я под голову камень положил и ещё смеялся, что подушка, дескать. Вот и простыл. Вечером закололи кабана у этого хозяина. Ребята принесли мне какой-то ром, дали мяса.

*******
Американцы повезли нас на машинах на запад в направлении Франции. Везли день и ночь на машинах. Мы проезжали через города. Русские пленные с американцами в обнимку везде пьют… Подъехали к мосту в городе Везель, кажется, но охранявший его американец что-то сказал и нас не пустили. На лагерной форме всем сделали печать «SU», а на ногах лампасы накрасили как генералам. Или возьмут и половину головы остригут, а половину оставят, чтобы не убежали…

*******
В 60 км от Франции, американцы привезли нас в город Везель в лагерь. Поселили в казармы оставшиеся от фашистской армии. Ребята все хорошо ели и быстро поправлялись, а я всё доходной был. Меня спрашивают: «А ты что такой доходной? Только что освободился что ли?» Я отвечал, что уже месяц как освободили, но ещё болею. Ребята сказали, чтобы я пошёл к американской части и поговорил с переводчиком. Иди, говорят, к американскому врачу и тебя сразу вылечат. Но я же почему-то стеснялся, думал, как это к капиталистам обращаться за помощью. Так это в меня вбито было.

*******
Потом американцы передали нас англичанам. Я уже поправился и меня назначили дежурным по кухне. Американцы в отличие от англичан относились к нам очень хорошо. Англичане же заставляли нас работать и ремонтировать разбитые дороги. Началась перепись. Узнавали, кто, куда желает дальше направляться: в Америку, в Англию, во Францию или в Россию. Приехал наш советский подполковник с другими офицерами и выступал перед нами. Генерал американец, освободивший нас, также выступал. Тогда многие бывшие советские военнопленные поехали не в Россию, а в другие страны. Помню, как один говорил: «Что я ваших колхозов, не видел что ли? Я во Францию поеду». Я же решил твёрдо, что вернусь в Россию.

*******
Американцы эшелоном отправили нас на Эльбу. Было видно, что за рекой стоят наши и слышно как играет советское радио. Через реку по понтонному мосту мы и перешли. Затем очень долго шли и почему-то никого не встречали. Были даже мысли, что, наверное, расстреляют нас. Нас же предателями считали всех, кто в плену был. Так прошли километров 15 и встретили одного сержанта на велосипеде. Остановив нас, прочитал нам политинформацию и рассказал, что советский народ разгромил фашистские войска.

*******
От Эльбы до Берлина, от Берлина до Варшавы. Прошли пешком половину Германии, прошли Польшу. Моя нога от этого перехода сильно разболелась и опухла. Опять посадили меня на повозку. Бог видимо меня так берёг… В Белоруссии в Минске остановились. До дома было ещё далеко. Все меня звали сибиряком.

P.S.
Иван Михайлович Ланцев живёт сейчас своём доме в селе Ивановка, что недалеко от Читы. Он хорошо помнит те забытые для многих времена. Он и сейчас ещё слышит немецкую речь, помнит издевательства полицаев, помнит лица друзей. Да и прострелянная нога так же даёт о себе знать, болит и напоминает обо всём. Больше чем после полувекового забытья, не так давно, Ивана Ланцева наградили орденом победы над Германией. Квартиру, правда, ему почему-то так и не дали.
Эх, страна, страна, когда же ты научишься чтить своих настоящих героев? Пережив войну, тяжкие годы плена, прожив под подозрением в предательстве всю жизнь, Иван Михайлович Ланцев сохранил в себе благодарное и доброе сердце. Он благодарит за всё Бога, в Которого поверил в плену, благодарит В.В.Путина за то что вспомнил про них стариков и добавил пенсии, и вообще он счастлив.

2010-08-09 13:59:00


Первый день войны Статьи. Новое в данном разделе.
Как следует воспитывать ребенка, чтобы он вырос добрым и заботливымКак следует воспитывать ребенка, чтобы он вырос добрым и заботливым
Книги Симеона Афонского. Библия в современных притчах.Книги Симеона Афонского. Библия в современных притчах.
Ораниенбаум и его дворцыОраниенбаум и его дворцы
Путешествие в НикосиюПутешествие в Никосию
Как укрепить душу во время поста?Как укрепить душу во время поста?
История Казанской иконыИстория Казанской иконы
православные cтатьи,христианство,литература,искусство,религия,христианский журнал,литературный журнал,
православие культура  Христианская символика: Ихтус
православные cтатьи,христианство,литература,искусство,религия,христианский журнал,литературный журнал,
православие культура  Пасхальные традиции
Пещерный город Чуфут-КалеПещерный город Чуфут-Кале
Что подарить ребенку на день святого Николая?Что подарить ребенку на день святого Николая?
Немного о Виннице, соборная площадьНемного о Виннице, соборная площадь
Рождественский пост: что можно и чего нельзя?Рождественский пост: что можно и чего нельзя?
Исаакиевский собор - музей для душиИсаакиевский собор - музей для души
Паломничество на АфонПаломничество на Афон
Англия. Холм святого МихаилаАнглия. Холм святого Михаила
Стамбул - столица двух культурСтамбул - столица двух культур
Неуловимая Босния и ГерцеговинаНеуловимая Босния и Герцеговина
Болгарский город НесебырБолгарский город Несебыр
Замок Буда в ВенгрииЗамок Буда в Венгрии
Интересно о СтамбулеИнтересно о Стамбуле

Домой написать нам
Дизайн и программирование
N-Studio
Причал: Христианское творчество, психологи Любая перепечатка возможна только при выполнении условий. Несанкционированное использование материалов запрещено. Все права защищены
© 2019 Причал
Наши спонсоры: